Объявленное Дональдом Трампом двухнедельное перемирие с Ираном вызвало резонанс по всему миру, но самую жесткую критику соглашение получило в Израиле. Лидер оппозиции Яир Лапид назвал произошедшее «беспрецедентной катастрофой», заявив, что за всю историю страны не было подобного политического провала. В материале разбираемся, почему в Тель-Авиве пришли в ужас от условий Вашингтона и грозит ли региону новый виток эскалации.
«Враги остались врагами»: Израиль намерен «додавить» Иран
Несмотря на достигнутый между США и Ираном режим прекращения огня, Израиль может продолжить конфликт. Об этом в интервью «Ленте.ру» заявил Андрей Яшлавский, политолог и ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН.
По его словам, возвращение к активной фазе войны не просто реально, а вероятно. Тель-Авив нацелен «додавить» Тегеран до состояния, которое сочтет приемлемым.
Андрей Яшлавский: «Это полное уничтожение ядерной программы, ликвидация ракетного потенциала и, по возможности, смена власти. Враги остались врагами — война еще может быть».
Суть сделки: Ультиматум Трампа и условия Тегерана
В ночь на 8 апреля президент США объявил о двухнедельном перемирии, заключенном за несколько часов до истечения его ультиматума, где он грозил уничтожением «всей иранской цивилизации». В Тегеране уже назвали это победой, заявив, что американцы вынуждены были принять их условия: от снятия санкций до сохранения ядерной программы.
Официальный Израиль формально присоединился к соглашению. В канцелярии Нетаньяху заявили о поддержке паузы в ударах при условии открытия Ираном проливов и прекращения атак. Однако тут же добавили, что цель по уничтожению ядерной, ракетной и террористической угрозы со стороны Ирана остается в силе.
Почему в Израиле требуют продолжения боевых действий?
Политолог Яшлавский выделяет три главные причины ужаса израильского истеблишмента:
1. Израиль остался «за бортом» переговоров
Ключевая претензия оппозиции к Нетаньяху — сделка заключена без участия Тель-Авива. Лапид подчеркнул, что страна не участвовала в принятии решений, касающихся ее национальной безопасности. Как иронично заметил Яшлавский: «Без меня меня женили!»
2. Иллюзия передышки, а не мира
Исследователь ИМЭМО РАН обращает внимание, что большинство политиков в Израиле воспринимают перемирие как временную тактическую паузу, которую Иран использует для перегруппировки.
Андрей Яшлавский: «Это не окончание войны. Не исключено, что Израиль продолжит открыто или с помощью тайных операций проводить расправы над иранским руководством».
3. Фактор «Хезболлы» и Ливана
Израиль фактически не прекращал боевые действия. Как отметил эксперт, сделка с Ираном не распространяется на Ливан, где действует прокси-сила Тегерана — «Хезболла». Сразу после объявления перемирия на ливанской границе продолжились взрывы, и израильские военные останавливаться не собираются.
Внутриполитический кризис: Нетаньяху теряет трон?
Отдельное внимание Яшлавский уделил внутриполитической борьбе. Конфликт с Газой и Ираном долгое время помогал премьер-министру Биньямину Нетаньяху «оставаться на коне», отодвигая на второй план суды по обвинению в коррупции.
С объявлением перемирия фокус внимания возвращается к внутренним дрязгам.
«Сейчас вопрос стоит остро: устоит ли Нетаньяху? Оппозиция видит его слабость и сделает все, чтобы сместить его, используя тот факт, что кабинет оказался «за бортом» истории», — резюмирует политолог.
Может ли начаться новый масштабный конфликт?
Краткий ответ: Да, риск чрезвычайно высок.
- Цели не достигнуты: Израиль не добился главного — уничтожения ядерной программы Ирана. Пока Тегеран сохраняет потенциал, военная угроза будет нарастать.
- Общество консолидировано: Как ни парадоксально, внутриполитическая поляризация отступает перед внешней угрозой. Яшлавский отмечает, что даже либералы поддерживают жесткую линию против исламской республики ради выживания нации.
- Смена тактики: Вместо тотальной войны с США Израиль может перейти к партизанским методам: точечные ликвидации ученых, кибератаки и удары по объектам в Сирии и Ираке.
Пока Вашингтон празднует временную деэскалацию, в Тель-Авиве готовятся к новой, возможно, еще более жесткой фазе противостояния. «Это беспрецедентная катастрофа» — этот лозунг оппозиции может стать пророческим, если перемирие рухнет быстрее, чем истечет двухнедельный срок.
