По итогам парламентских выборов в Армении определится не только состав Национального собрания, но и конфигурация сил на Южном Кавказе. Однако, каким бы важным ни было геополитическое измерение, ход кампании отражает прежде всего фундаментальные изменения в самом армянском обществе и в его политическом классе, считает ведущий научный сотрудник Института международных исследований МГИМО МИД России, главный редактор журнала «Международная аналитика» Сергей Маркедонов.
Армения: не великая держава, но ключевая точка Евразии
Армения не принадлежит к числу великих и даже средних держав. После серии военно-политических поражений, утраты Нагорного Карабаха и его «деарменизации» Ереван уступил неформальное лидерство в регионе Баку. Если раньше Армения и Азербайджан вели переговоры как равные партнёры, то сегодня азербайджанская сторона фактически диктует условия.
Тем не менее в конце мая — начале июня 2026 года именно Армения становится ключевой точкой Евразии. Главная избирательная кампания пятилетнего цикла входит в завершающую стадию: до дня голосования 7 июня осталось меньше недели. Исход выборов определит не только состав Национального собрания, но и расстановку сил на Южном Кавказе, а также повлияет на всё постсоветское пространство. Здесь будет протестирована модель стратегического взаимодействия России с одним из её союзников.
О выборах в Армении высказались практически все крупные мировые лидеры (за исключением Китая):
- Вице-президент США Джей Ди Вэнс впервые в истории посетил Армению, а госсекретарь Марко Рубио — первый американский госсекретарь с июня 2012 года, побывавший в Ереване. Оба выразили поддержку правящей партии и лично Николу Пашиняну.
- Турция и Азербайджан также обозначили свои предпочтения.
- В начале мая армянская столица приняла «двойной» Евросаммит — Европейского политического сообщества и ЕС–Армения.
Все эти визиты и заявления происходят на фоне сильнейшего охлаждения отношений между Россией и Арменией, хотя после распада СССР последняя считалась «форпостом» Москвы на Кавказе. Ограничения на некоторые виды армянской сельхозпродукции, минеральной воды и алкоголя, формально введённые из-за претензий к качеству, воспринимаются многими как инструмент давления. При этом новые друзья Еревана не скрывают, что хотели бы ослабить позиции России на Южном Кавказе и в Евразии в целом.
Почему же выборы в маленькой закавказской республике вызывают такой огромный интерес? Можно ли говорить, что «геополитический разворот» Армении уже состоялся, а выборы лишь оформят этот факт? Ситуация намного сложнее.
От «миацума» к борьбе за мир
Президент Центра политических технологий Борис Макаренко справедливо заметил, что значение избирательных кампаний шире, чем просто определение партийно-политических раскладов. В них происходит легитимация внешнеполитического выбора государств и решаются приоритеты в области безопасности. Однако каким бы важным ни было геополитическое измерение выборов в Армении, эта кампания отражает прежде всего фундаментальные изменения в самом армянском обществе и в его политическом классе.
В процессе национального самоопределения и распада СССР главной объединяющей идеей был «миацум» — объединение Армянской ССР и Нагорно-Карабахской автономной области Азербайджана. За эту идею платили кровью, экономическими разрушениями, изоляцией и массовой эмиграцией. Вместе с победой в войне 1994 года Армения получила затяжной неурегулированный конфликт, конфронтацию с Баку и Анкарой, а также зависимость от внешних сил. То, что в конце 1980-х было сакральным, со временем стали воспринимать как серьёзное обременение.
Никол Пашинян не появился из ниоткуда — он сформировался как политик в спорах о судьбах Армении. Многие жёсткие критические оценки, которые он сегодня высказывает о Карабахе и карабахских армянах, ранее произносили полушепотом в кулуарах.
Две военно-политические катастрофы и исход армян из непризнанной НКР разрушили главный национальный миф. Образовавшуюся пустоту армянские власти попытались заполнить новой идеей мира.
Цена «борьбы за мир» и диверсификация без гарантий
На первый взгляд, с выбором мира трудно спорить. Даже если 7 июня победят оппоненты Пашиняна (Самвел Карапетян, Роберт Кочарян, Гагик Царукян), они вряд ли начнут «карабахскую Реконкисту».
Однако «борьба за мир» по версии нынешних властей Армении имеет ряд особенностей:
- На практике она зачастую выглядит как серия односторонних уступок, которым не видно конца.
- Диверсификация внешней политики превратилась в идефикс. Попытки соединить несоединимое — одновременно приглашать Россию, Иран, Индию, Китай, США и ЕС — ведут не к сглаживанию проблем, а к их мультипликации. На место застарелого этнополитического конфликта приходят споры великих держав за влияние.
Власти Армении допустили серьёзный просчёт в оценке возможностей и ресурсов России, полагая, что после начала «спецоперации»* на Украине Москве будет не до Южного Кавказа. Начав сближение с Западом, они поставили под вопрос стратегические основы взаимодействия с Россией. Но ни один из «новых друзей» Еревана не предлагает Армении ни более качественных гарантий безопасности, ни реально работающих интеграционных экономических связей «здесь и сейчас».
Что будет после выборов?
8 июня 2026 года, когда ЦИК огласит итоги голосования, «конец истории» не наступит. Запрос на мир, общественная фрустрация и карабахская травма никуда не денутся. Продолжатся споры о цене вопроса — теперь уже не «миацума», а нового регионального порядка. Старые союзники будут доказывать своё преимущество в жёсткой конкурентной борьбе с новыми.
